Самая ужасная ночевка

%d0%b6%d0%b5%d0%bb%d1%82%d0%be-%d1%81%d0%b8%d0%bd%d0%b8%d0%b8%cc%86

 

Каждый раз, когда я вспоминаю ту ночь, меня пробирает смех. Не знаю отчего мне так весело. То ли от глупости произошедшего, то ли от удачной концовки.

Непосредственно в то утро я вообще хохотал на всю округу, и даже гибель моей камеры Гопро не сильно меня расстроила.

Впрочем, обо всем по порядку.

Итак, вы уже знаете, что ту ночь я решил провести в Курайской степи, на вершине одного из холмов. Красоты мне захотелось, видите ли.

Для начала нужно было найти подходящее место для палатки. Я бросил рюкзак на землю и начал изучать местность. На дальней стороне вершины виднелись туры (это когда камни стопкой сложены друг на друга).

Подойдя ближе и увидев пейзаж, что открывался с того места, я в первый раз в жизни непроизвольно закричал. Да, я кричал и раньше, стоя на вершинах гор, но то был крик намеренный. «Все кричат и я крикну».

Но сейчас я и сам не ожидал, что из груди моей вырвется вот это дикое «Ааааа!!!». Кстати, эта грудь аж заболела от мощности звука, который, кажется, долетел до ледников на горизонте.

Если описывать формально, картинка передо мной имела как бы 2 плана.

Вблизи (на 2-3 км. от меня), под холмом простиралась глубокая долина, раскрашенная осенним лесом. Зеленые кедры, ярко-желтые лиственницы плюс немного красных, черных и оранжевых красок.

Всю эту пеструю картинку разрезала бирюзовая Чуя. Она текла не так, как мы привыкли — прямо, а очень-очень сильно изгибаясь, как змея. Раньше я видел такие изгибы только в передачах про Амазонку или какую-нибудь Лимпопо.

И это только передний план. За ним простирался «фон» — гигантский белоснежный горный хребет. Все тот же хребет, что я уже видел со дна Курайской степи. Отсюда он был виден во всем своем величии.

Особенно поражал контраст между красками. Суровые, безжизненные черно-белые пики граничили с нежными, теплыми оттенками леса и реки. Наверное, я всех уже достал этой фразой, но скажу:

«Этот вид был самым красивым в моей жизни».

Серьезно. До того пальму первенства держал Зуб Дракона в Ергаках, но сейчас передо мной было нечто еще более шедевральное.

Естественно, ночевать я решил именно здесь. И плевать, что место для ночевки было, мягко сказать, не очень подходящее.

Во-первых, вся поверхность земли была усыпана небольшими булыжниками. Но это еще ладно.

Площадка эта находилась на краю обрыва, поэтому ветер в том месте был особенно сильным. Порывистым. Восходящие потоки из долины смешивались с холодным ветром с ледников. Он набегающих потоков воздуха меня аж покачивало. Как ставить в таких условиях палатку (еще и в одиночку) я пока не представлял.

Но решение было принято, надо действовать. Начинаю искать поверхность без камней — безрезультатно. Приходится расчищать площадку вручную. Для этого пришлось уничтожить какую-то надпись на земле, выложенную из камней. Я так и не смог ее прочитать.

В тот момент мне казалось, что это просто какая-то надпись «Здесь был Вася». Сейчас же я думаю, что это, возможно, были какие-то шаманские письмена. И то, что я их уничтожил, хоть как-то может объяснить произошедшее той ночью.

Минут через 5 ровная площадка без камней была готова. Распаковываю палатку и еле успеваю удержать ее руками: мощный ветер растрепал в воздухе 3 метровое полотно как ленточку гимнастки.

Кажется, если бы я не держал палатку, то она улетела бы на несколько километров куда-то в Курайскую степь. Что делать?

Нахожу решение — укладываю внутрь палатки несколько крупных камней. Это позволяет не держать ее руками, а заняться установкой дуг.

Ветер тем временем усиливается. На горизонте появляются тучи. Но я успокаиваю себя: в Крыму на Роман-Коше ветер был такой силы, что меня аж с ног валило, но палатка его выдержала. Неужели сейчас может быть что-то хуже?

Минут 20 вожусь с дугами. Кое как удается натянуть на них ткань — и тут новая проблема: палатка с дугами становится как парус. Не помогают даже камни, палатку просто сносит куда-то вниз, к подножью холма.

Приходится держать палатку еще и руками, параллельно натягивая поверх нее водонепроницаемый тент. Вожусь со всем этим еще минут 15. Кое как удается уложить тент поверх ткани, теперь нужно срочно пригвоздить его к земле 12-ю металическими колышками.

Новая проблема — земля очень каменистая, колышки не втыкаются. Пробую разные места. Давлю на них изо всех сил, до ломоты в суставах, до синяков на ладонях — никак. 4 колышка воткнулось, а 8 — нет.

Тут же «догадываюсь» до очевидного. Беру булыжник и забиваю колышки в землю. Удалось забить 7 штук, остается еще один, самый непокорный — гнется от ударов, но никак не лезет. Видимо внизу каменная плита. В итоге, вместо колышка привязываю тент к большой палке, а палку прижимаю к земле тяжелыми камнями. Тент натянут.

Теперь нужно установить оттяжки — специальные веревки, которые привязываются к середине дуги и держат ее за землю. При сильном ветре это позволяет дугам выстоять.

У моей палатки 4 точки крепления оттяжек, а веревок в наличии всего 3. Просто я никогда не встречался с таким сильным ветром. Не был готов, не запасся веревками.

В итоге беру шнурок, которым обычно связываю коврик. Он слабый и очень короткий, поэтому использую его с безветренной стороны палатки.

А ветер тем временем все сильнее. Сдувает капюшон с головы, а это уже показатель: до того ни один ветер не мог сорвать капюшон моей куртки.

Смотрю на хребет ледника — вершина его уже почти полностью затянута черными тучами. Они приближаются. Видны молнии и совершенно очевидно, что там льет дождь. Но надо мной все еще чистое небо. Серое предзакатное небо.

Раз 5 проверяю все колышки, все веревки. Палатка установлена на совесть. Так надежно, так крепко я ее никогда в жизни не устанавливал. На всякий случай докладываю большие камни на дно палатки по всему периметру.

Забираюсь внутрь: все отлично! Этот мощный ветер почти не ощущается. Лишь слегка дрожат «стенки», но это ерунда. От дыхания внутри быстро становится тепло. Скидываю куртку, даже кофту.

Поразительно, как такие тонкие материалы могут добавлять уюта… Ужинаю чаем с сухарями. День был насыщенным, поэтому минут 20 записываю все происходившее в блокнот.

Короче, царит полнейшая идиллия. Еще и ветер гораздо тише стал. Дождя нет… Выглядываю на улицу — окончательно стемнело. Звезды видно, и пики вдалеке начинают проявляться сквозь тучи.

Ну, думаю, пронесло. Можно спать. Разворачиваю спальник, укладываюсь внутрь без одежды. С удовольствием замечаю, что ветер стих. Почти полный штиль.

«Только смелым покоряются моря» — именно с такими мыслями я и заснул.

Однако, совсем скоро, около 10 часов вечера я был разбужен шумом.

По поверхности палатки стучали крупные капли дождя, а саму ее начало трясти — гораздо сильнее, чем в тот момент, когда я ее поставил.

— Ну, я же крепко ее привязал. Не может ведь быть такого ветра, который вырвет эти колышки из земли? — успокаиваю я себя, но спать уже точно не хочется.

Включаю налобный фонарик и минут 20 смотрю на темные своды палатки: их бросает их из стороны в сторону, но даже не это самое страшное.

Ветер невероятно порывистый. Иногда он дует с такой силой, что тряпичные стенки вгибаются вовнутрь, но вслед за этими порывами наступает мгновенный штиль, отчего внутреннее давление палатки производит маленький «взрыв». Стенки резко «вылетают» в направлении улицы. Палатка надувается. Слышится громкий хлопок.

Это выглядит очень устрашающе. Особенно изнутри. Полное ощущение того, что будь этот «внутренний взрыв» чуть посильнее — палатку просто разнесет на куски.

«Взрывы» повторяются одним за одним, и ни о каком сне уже не может быть речи. Я сел (ноги продолжали оставаться в спальнике) начал усиленно вглядываться в своды этого маленького помещения, которое ограждало меня от стихии.

Только бы выдержала… Да выдержит… Я же крепко ее привязал!

Но «взрывы» происходят все сильнее, все чаще. И после каждого ветер с новой силой давит на палатку, которая, нужно сказать, держалась молодцом.

Было очевидно, что снаружи свирепствовал мощнейший ветер. И если вечером от срывал с меня капюшон и слегка качал мое 75-килограммовое тело, то сейчас, наверное, я бы не устоял и просто свалился с ног.

Впрочем, все это было только лишь прелюдией к тому, что случилось дальше.

Один из порывов ветра вновь сменился штилем, новый «внутренний взрыв» раздул палатку как воздушный шарик, но дальше произошло странное: ветер не возобновился.

Он просто исчез. Палатка просто успокоилась. Дождя нет. Ни звука. Полная тишина. Тогда она мне казалось звенящей.

Было очень тревожно, я понимал, что ветер не может просто так взять и кончиться. Затишье ведь бывает перед бурей…

И вот, секунд через 10 послышался гул. Он начался, казалось, за несколько сотен метров от меня и стремительно приближался.

Все выглядело как в голливудских блокбастерах, когда человек стоит в абсолютной тишине, вслушивается в слабо различимый звук за стеной и тут — бах! Стену сносит поток воды, или взрыв или какая-нибудь гигантская Годзилла.

Здесь все было точно также. Я изо всех сил вслушивался в этот непонятный звук, даже ухо повернул в его сторону. Он продолжал приближаться по нарастающей, как авиационная бомба.

И вот в тот момент, когда то, что приближалось, должно было наконец-то настигнуть меня — палатка вдруг уменьшилась в 2 раза.

Я описал это именно так, потому что кроме уменьшения палатки я больше ничего не понял, не увидел и не услышал. Все произошло в сотые доли секунды: просто дуга палатки были на расстоянии 50 см. от глаз, и тут — раз! Она уже бьет меня по лицу.

Все, что я успел сделать — вскинуть руки и изо всех сил выдавить дуги обратно. Только после этого до меня дошло — на меня обрушился мощнейший ветер. Он был похож не на ветер даже, а на какую-то взрывную волну. Настолько резко, неожиданно он меня поглотил.

В отличие от того ветра, что был прежде, этот не был порывистым. Он просто дул, дул и дул без остановки, с чудовищной силой, которая плавно нарастала.

Раньше этой силы хватало только на то, чтобы выгибать тряпичные стенки. Сейчас же сами дуги показались мне соломинкой, которую просто прижимает к земле. Веревки, которыми я усердно оттягивал дуги наружу, не помогли.

Тут же пошел сильный дождь. Такой мощный, что я не слышал даже собственного голоса. А голос в тот момент у меня был громким, уж поверьте.

Я не мог ни на секунду отпустить дуги — давил на них изо всех сил, пытаясь выдавить наружу. Расслабься я хоть на секунду — ветер просто сломал бы их, и я оказался бы в гигантском бесформенном мешке, заливаемом водой, на самом краю обрыва.

В такой борьбе я провел минуты 3. Ветер давит на дуги снаружи, я давлю на них изнутри. По ощущениям — армрестлинг, только в качестве соперника — стихия. Напряжено все тело, жарко, пот бежит по лицу.

В какой-то момент я почувствовал, что силы моих рук не хватает (!) на то, чтобы выдавливать дуги наружу. Вы можете себе представить? Две руки взрослого мужчины давят вперед (траектория движение как при жиме штанги от груди) и ветер все равно побеждает!

«Да остановись ты уже, хватит. Хватит!» — то ли думал, то кричал я. Но это не помогало. Дуги медленно приближались к моему лицу…

До того я был на 100% уверен в своей палатке. В колышках. В веревках. Но сейчас в моей голове пронеслись картинки сорванных бурей крыш, опрокинутых автомобилей, поваленных деревьев…

Блин! И на что я наделся, думая, что мою палатку ничто не сможет сломать!? Как можно было быть таким наивным.

В тот момент, когда ветер сгибал не только дуги, но и мои руки, я понял, насколько страшной может быть стихия. Насколько легко ей сейчас не просто порвать эту несчастную палатку, а утащить ее вместе со мной и со всеми камнями вниз, под гору.

Раньше я никогда не видел такой силы ветра и не понимал, на что она способна. А вот сейчас, что называется, столкнулся лицом к лицу.

Естественно, ждать пока дуги окончательно сломаются я не мог, поэтому проявил какие-то чудеса гибкости и скорости. За считанные доли секунды я выскочил из спальника, перевернулся, встал на колени и уперся в «стены» и «потолок» палатки спиной. Так моей силы хватало, чтобы противостоять ветру.

Руки мои, при этом, были широко раскинуты в стороны, т.к. одной точки опоры явно не хватало, нужно было поддерживать максимальную площадь поверхности.

Думаю, вы примерно представляете себе мою позу. Очень неловкую позу. Я стою на коленях в одних трусах спиной к сводам палатки, руки раскинуты. Спина согнута вперед и на ней буквально «лежат» дуги. А сверху на дуги давит какая-то нереальная сила. Как будто меня загрузили мешками с цементом.

Я давил вверх так сильно, что казалось, если сейчас наступит штиль и ветер резко перестанет давить, то я просто вылечу из палатки наружу.

Рукам в этом время тоже было несладко. Они держали своды палатки, но это мало помогало: из под них подобно двум наполненным парусам натянулась ткань, заполнив половину внутреннего пространства.

При всем при этом, палатку кидало из стороны в сторону, а меня вместе с ней. Мне нужно было постоянно удерживать равновесие, чтобы не упасть.

Одновременно со всем этим начался такой сильный дождь, что он казался и не дождем вовсе, а каким-то Ниагарским водопадом. Струи воды были ледяными, и я хорошо чувствовал это спиной и руками, т.к. на мне не было никакой одежды, а толщина стенок палатки всего около миллиметра.

Вы будете смеяться, но в этот же момент начался еще и оглушающий гром. Молнии. Ааааа! Природа как будто ополчилась против меня.

В общем, у меня уже точно не было никаких сомнений: палатку 100% разорвет на куски. Так что вопроса было только два:

1. Когда это произойдет?
2. Что я буду делать, когда это произойдет?

Уничтоженная палатка означала, что я останусь мокрый, голый, под шквальным ветром, ночью в 8 км. от ближайшего селения. Кроме того, будут уничтожены все ценные вещи, электроника и т.д.

Странно, но в тот момент мне не было страшно. Точнее, я не могу назвать это страхом или паникой. Я испытывал какое-то нечеловеческое сосредоточение, ответственность за каждое действие, за каждую долю секунды.

Мозг работал на всю катушку и я понимал — права на ошибку, на лишние движения быть не может.

Первое, что я начал делать — одеваться. Это нелегко делать, когда ты стоишь на коленях а на твоей спине лежит мешок с цементом. Но кое-как я справлялся.

Натянул носки (разные, один белый другой черный — так я в них до самого Новосибирска ходил). Штаны. Сложнее всего было одевать верхнюю часть тела, т.к. она была занята поддержкой палатки. Приходилось упираться в дуги то головой, то плечами, то поясницей.

Минут за 5-7 я оказался одетым в водонепроницаемые штаны, треки, теплую одежду и дождевик. В принципе, в таком виде я мог выскочить на улицу и бежать вниз, к подножью холма. В паре километров отсюда я видел домик в лесу, может быть в нем можно было бы укрыться до утра.

Но как быть с вещами? Нужно было взять с собой самое необходимое. Все осложнялось тем, что я не знал, в какой именно момент палатка треснет и внутрь устремятся потоки дождя.

Сколько у меня времени на сборы? 1 секунда или 5 минут? Именно в тот момент я четко осознал список «самых необходимых» вещей.

Первым делом я, конечно, схватил Макбук, замотал его в 3 пакета и положил в рюкзак. Туда же кинул документы, деньги и Гопро.

Палатка все еще не треснула. Может, что-то еще взять?

Блин! На полу моего убежища лежало 13 кг. вещей, а я спрашивал себя «Что еще взять?» — настолько неважным оказалось все то, что было со мной.

Немного подумав, я взял еще и нож, спички. Фонарик уже был одет на голову.

Между тем, ветер начал слабеть. Меня уже не так сильно качало, да и спина перестала уставать. Значит, у меня есть еще время?

Список «нужных» вещей тут же расширился. Я докинул в рюкзак горелку (без газового баллона), не складывая запихал спальник… Что еще? Пока все. Жду пока палатка треснет.

А она, меж тем, держится. Ветер все слабее и слабее. Я уже могу держать дуги не спиной, а руками. Иногда даже одной рукой. Устраиваюсь поудобнее и складываю в рюкзак остатки имущества. Все, кроме еды оказалось внутри. Натянул сверху водозащитный чехол. Сижу, жду. Держу палатку.

Где-то через полчаса ветер стал еще более спокойным, и я уже мог не держать дуги. Я лег на коврик, положил собранный рюкзак под голову. Расслабляться было рано. Фонарик продолжал освещать своды палатки, которые становились все спокойнее и спокойнее.

Странно, но я не испытывал радости. Все мое сознание было сосредоточено не на обдумывании прошлого или будущего. Я просто отслеживал настоящее и в любую секунду был готов действовать (бежать с горы).

Не помню, во сколько я уснул. Может быть в 3 часа ночи, или в 4. Спал на коврике в полном обмундировании с полностью готовым к побегу рюкзаком.

Ветер все это время дул, но это было уже не страшно. Дуги стояли на месте, лишь ткань палатки билась из стороны в сторону.

Проснулся я рано, едва рассвело. Палатка твердо стояла на земле и от ночного кошмара не осталось и следа. Казалось, ветра на улице и нет вовсе. Выглядываю — дует все таки. Да еще как дует — с головы снова сорвало капюшон.

Удивительно. Т.е. сейчас, когда ветер прям сильный — палатка стоит и даже не шелохнется. Что же за ветер был ночью, когда у меня не хватало сил удержать дуги?

Завтракаю на скорую руку и иду осматривать палатку. Все колышки на месте. Веревки целые. Ни один шов тента не разошелся. Внутри палатки нет ни единой капли воды. Палатка стоит как новая. Такое ощущение, что ночью вообще ничего не было. Да мне что, приснилось это все?

На радостях я аж поцеловал тент и дуги. Поблагодарил за то, что выдержали. Блин, и эта палатка стоит 2500 руб. Скажите мне еще, что дешевое значит некачественное.

Впрочем, совсем без потерь не обошлось… Сняв последнее фото на Гопро (см. ниже), я положил ее на землю, рядом с рюкзаком (на улице, перед входом). А дальше мне нужно было выбросить из палатки те камни, что я туда положил для веса.

Естественно, один из камней был брошен неаккуратно. Пока он находился в полете я вспомнил, что в том месте, куда он летит, лежит еще и камера. Столкновение было неизбежным.

Поднимаю камень — точно. Снизу лежит гопро. Объектив вдребезги. Корпус вроде бы целый, но снимать аппарат уже ничего не может.

Я отнесся к произошедшему спокойно. Почему-то сразу подумал: «Вдруг, этой ночью я должен был погибнуть, но гора пожалела, и уничтожила только Гопро».

Да, я проигнорировал тот факт, что камеру уничтожил я сам, а не гора. Но с эзотерикой ведь жить интереснее?

В общем, я громко произнес: «Спасибо, что взяла камерой!», улыбнулся и бросил разбитый гаджет в рюкзак.

Кое-как, по особой технологии (придуманной там же) разобрал тент и дуги, сопротивляясь порывистому ветру. Не скручивал все это, а просто запихал в рюкзак как попало. Моя цель — побыстрее спуститься вниз

Спускаясь я обратил внимание, что всего в 30 метрах от края холма ветер не такой сильный. Есть места где его почти нет (за камнями и деревьями). У подножья холма ветра вообще не было и стояла хорошая погода. Видимо, на высоте дует холодный ветер, идущий с ледников Актру.

Естественно, вечером я знал о наличии безопасных мест для ночевки, но спать хотел именно на краю обрыва, с видом на пейзаж. Эх, а говорят еще, что красота спасет мир. В данном случае она мой мир чуть не погубила.

Выйдя к дороге я поймал машину с местным (алтайцем).

— Что, куда едешь? — спросил он меня
— Да вот, в Бийск возвращаюсь
— Надоело путешествовать?
— Ну… Да. Погода просто изменилась резко…
— Да вроде нет. Вчера только вечером немного дождик полил и все.
— В 11 вечера?
— Ага…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *